М. Александров

«Трест», который лопнул

      В серебристом лайнере, совершавшем регулярный рейс Мюнхен — Москва, царило радостное возбуждение. На этом самолете на Родину возвращалась сборная команда Советского Союза по боксу, добившаяся больших успехов на очередном первенстве мира. Спортсмены уже предвкушали встречу с родными и близкими, многочисленными болельщиками, которые дожидались их в аэропорту Шереметьево.
      Среди пассажиров в сопровождении двух западногерманских специалистов летела молодая энергичная женщина — представитель фирмы «Ксонак». В голубых бриджах и кокетливой матроске она напоминала девочку-подростка и, проходя по салону, ловила на себе внимательные взгляды мужчин. Она, словно старым знакомым, кивала пассажирам, охотно вступала в разговоры. Узнав, что в самолете летят чемпионы мира по боксу, легко установила с ними контакт и, достав поляроид, попросила, чтобы ее сфотографировали со спортсменами. Фотография получилась хоть куда — элегантная дама в окружении широкоплечих ребят с золотыми медалями на груди.
      Никто, конечно, не подозревал, что, внешне оставаясь спокойной и непринужденной, женщина тем не менее очень волновалась. Каждый раз, пересекая государственную границу СССР, она ощущала прилив сил, какой-то азарт, предчувствие схватки, но сегодня...
      Новости из Москвы озадачили и огорчили. Рушилась хорошо отлаженная система, рвались с таким трудом налаженные связи. Впрочем, какое ей дело до этих спекулянтов, угодивших за решетку! В конце концов, сегодня ей нечего бояться. Она едет по делам фирмы, весьма солидной фирмы. Не беда, что за ней раньше были кое-какие грешки. Да, были. Были и объяснения в таможне в связи с попытками провоза вещей в количестве, значительно превышающем установленные нормы ввоза в СССР данной продукции. Имели место и изъятия не указанных в таможенной декларации ценностей, изделий и безделушек весьма сомнительного характера. Да мало ли что было...
      Вообще каждая встреча с таможней вызывала приступы бессильной ярости.Работников таможни она просто ненавидела. Правда, в последние полгода-год ей удалось найти среди них двух «приличных парней», не столь придирчивых к багажу «фрау». Возможно, повезет и сегодня...
      Самолет тряхнуло, и, резко сбрасывая скорость, он побежал по посадочной полосе. В салонах раздались аплодисменты: сколько бы ни летал человек на самолете, приземление всегда вызывает вздох облегчения.
      Дама проверила сумочку, приготовила паспорт и, не дожидаясь приглашения, стала протискиваться к выходу.
      Этот рейс ждали. Ждали чемпионов. Их встречали с оркестром, цветами, улыбками. Ее встречали тоже, но цветов и улыбок не предвиделось.
      Натура Татьяны Брандштеттер, в девичестве Лобановой, всегда жаждала приключений. Она безрассудно бросалась в разные авантюры, изумлявшие сверстников. Однако безрассудство носило только внешний характер, за ним скрывался точный расчет, прогнозировавший на несколько ходов вперед различные житейские ситуации. Все существо Татьяны Лобановой стремилось к одной цели — красиво жить. Жить красиво — чего бы это ни стоило — таков был девиз ее семьи. Мать, долгое время работавшая в системе торговли, в снабженческих организациях, делала все, чтобы обеспечивать намеченный для себя и дочери высокий уровень благосостояния. Маленькой зарплаты кладовщицы, естественно, не хватало: запросы намного превосходили реальные возможности, и мать вступила в конфликт с законом. Ей повезло: от отбытия полного срока заключения избавила амнистия, но два года, проведенные в местах не столь отдаленных, заставили передумать о многом.
      Дочь же тем временем росла, крепла, набиралась смелости и в житейском практицизме значительно превзошла мать.
      Поступила в заочный институт советской торговли, работала в разных местах, пока не устроилась официанткой в Центр международной торговли.
      Броские рекламы западных фирм вскружили голову. Выбор был сделан сразу и однозначно, четко намечен путь для реализации мечты о «красивой» жизни.
      Первый муж Татьяны служил представителем западногерманской фирмы. Трудно сейчас выяснить причину быстрого развода: то ли веселый нрав молодой супруги не пришелся по душе мужу, то ли еще что... Скорее всего, молодая девушка, выходя замуж за представителя западной фирмы, мечтала о другом: раз фирма западная, то и жить она будет на Западе. А этот коммерсант был советским гражданином — в фирме работал по договору, а посему на жизнь где-нибудь в центре Европы рассчитывать Татьяне не приходилось.
      Развод был неизбежным исходом этого брака, брака по расчету. Ничуть не сожалея о случившемся, уже через несколько месяцев Татьяна наметила себе новую жертву. Молодой, подающий надежды представитель австрийской фирмы «Мультик» попал в поле зрения любвеобильной особы. Умение подать себя, некоторая артистичность в манерах и тонкий, выверенный расчет Татьяны покорили Питера Брандштеттера.
      Медовый месяц молодые провели в Мюнхене, где жил Питер. Вскоре родился сын. Жажда деятельности, постоянно распиравшая Татьяну, не могла приковать молодую хозяйку к кухонной плите. Тем более в мире, где так много простора для коммерческой деятельности... Едва подняв сына на ноги, Татьяна Брандштеттер поступает на работу в фирму мужа. Огромная энергия, деловая хватка помогли молодому секретарю быстро выдвинуться в разряд перспективных работников, тем более что в выборе средств для достижения этой цели она не стеснялась. Фирма торговала с Советским Союзом, и человек из этой страны, знающий язык, психологию советских людей, был для нее просто незаменим.
      Так Татьяна снова попадает в СССР.
      Ведение утомительных внешнеторговых переговоров стало быстро надоедать, и Брандштеттер предпринимает шаги для разнообразия своей коммерческой деятельности. Изучив проблему дефицита, спрос на нашем внутреннем рынке, она решает предложить свой «товар». По ценам, естественно, не государственным. Вопрос реализации решается просто: она находит людей, способных оптом скупать привозимые ею вещи. И теперь, выезжая в очередную командировку в нашу страну, она прихватывала с собой товары, которые в Москве продавала скупщикам-спекулянтам.
      Начав с мелочей, с ширпотреба, Брандштеттер постепенно перешла к реализации вещей крупных, дорогих — радиоприемников, стереосистем. Подбор сообщников оказался на редкость удачным — не торговались, всегда были при деньгах, брали оптом и в розницу. Но самое главное — не имели принципов. Вернее, имели один — купить подешевле, продать подороже. Эти люди постоянно околачивались около комиссионных магазинов, на дальних подходах высматривая клиентуру. Даже внешне они выделялись, демонстрируя своеобразный уровень принятого у них благосостояния. Словно сошедшие с витрин этих же комиссионных магазинов, по погоде — в «фирменных» куртках с наклейками или дубленках, джинсах, многоцветных снегоступах и лыжных шапочках «Адидас», они являли собой пеструю толпу, на которую достаточно взглянуть, чтобы определить их основное занятие. Из этих людей был и ее основной компаньон. Молодой эффектный мужчина, несмотря на две судимости в прошлом, сохранивший внешний лоск, «широту души» и отрепетированную респектабельность, он являл собой для Татьяны олицетворение вожделенной «красивой жизни». Его прежние жены, как «не отвечающие духовным запросам», были биты и изгнаны. Последняя находилась в заключении. Оставшаяся на его попечении тринадцатилетняя дочь жила у родственников.
      Грубый и невежественный, но цепкий в делах, он обладал практическим умом и умел превращать деньги в товар и товар в деньги. Его квартира ломилась от ковров, хрусталя, богемского стекла, разных нужных и ненужных импортных мелочей. Имея скромный оклад служащего конторы механизированной уборки улиц, Фархад Аббасов лелеял хрустальную мечту — купить собственный «Мерседес-350». Эта мечта не давала ему покоя, и когда он садился в свои ярко-красные «Жигули», его душил мучительный стыд...
      Между Аббасовым и Брандштеттер сложилось что-то вроде дружбы. Единство взглядов, жизненных установок, какое-то внутреннее родство душ сблизило и повязало их одной веревочкой.
      Каждое время порождает технические новинки, которые с течением лет превращаются из вещей престижных в вещи обыденные, без которых трудно представить наш быт. Так когда-то было с телевизорами, радиолами, магнитофонами, электронными часами. Ныне изощренная техническая мысль предлагает вам компьютер, вмонтированный в брелок, часы, встроенные в пепельницу, а магнитофон свободно можно уместить на ладони.
      Сегодня ни для кого не является диковинкой и видеомагнитофон. Пусть количество семей, его имеющих, еще невелико, но время идет, и, думается, этот аппарат займет такое же место в нашем быту, как стиральная машина или холодильник. А пока он дорог, да и выпуск его отечественными предприятиями ограничен. Но спрос на него уже появился. А раз есть спрос...
      Итак, на рынке, который много лет имеет устойчивое определение «черный», появились видеомагнитофоны зарубежного производства. Было бы неправильно говорить, что все видеомагнитофоны к нам привезены людьми нечестными, корыстными. Но то, что отдельные темные личности попытались на этой аппаратуре сделать бизнес, — очевидно. Техническую новинку быстро приспособили к своим целям и теоретики и практики идеологических диверсий. Крутятся кассеты видеомагнитофона, пропагандируя с экрана телевизора жестокость и насилие, идеи фашизма и сионизма, мистику и порнографию. Западный кинорынок наводнен и откровенной антисоветчиной. Продукция требует сбыта, сбыт диктует рекламу. Многочисленные шикарные каталоги, журналы и проспекты на все лады расхваливают этот товар, зазывают, заманивают яркими картинками покупателя. Они навязывают ему свои вкусы, зачастую примитивные, имея одну цель: отвлечь обывателя от острых социальных проблем, которыми наполнен сложный и противоречивый современный мир, увести в мир иллюзий, миражей, выдуманной «красивой жизнь». Искусно сделанными видеофильмами западные спецслужбы стремятся посеять страх перед коммунизмом, пресловутой советской угрозой. Фантазии практиков видеобизнеса неистощимы, а запретных тем для них не существует.
      За экспорт и пропаганду такой продукции взялась Татьяна Брандштеттер.

      Из обвинительного заключения:
      «...Брандштеттер, постоянно проживающая в ФРГ и систематически приезжающая в СССР для коммерческих контактов с советскими организациями по линии фирмы «Ксонак», и житель Москвы Аббасов вступили в преступный сговор об организации тиражирования видеомагнитофонных фильмов. Брандштеттер провозила через границу СССР необходимые для организации незаконного промысла оригиналы фильмов, а также чистые видеокассеты и видеоаппаратуру. А Аббасов установил полученную от Брандштеттер и скупленную им самим видеоаппаратуру, осуществил подключение, регулировку и наладку, а также подыскал квалифицированных переводчиков и с осени 1981 года начал осуществлять тиражирование фильмов».
      Скупые строки, но как много за ними кроется! День и ночь на квартире Аббасова, обдуваемые вентилятором, работали три видеомагнитофона. Каждые три часа они выталкивали из своего чрева кассеты с очередной порцией насилия, жестокости, садизма, порнографии. Трудно сказать, что заставляло женщину, мать заниматься таким сомнительным бизнесом, может быть какие-нибудь воспоминания бурной молодости... И тем не менее Брандштеттер особое внимание уделяла именно этой продукции, устанавливая на нее наиболее высокие цены. Чем омерзительнее кадры, чем больше извращений содержит фильм, тем выше цена. По признанию «предпринимателей», средний «навар» с продажи порнографического фильма составлял 100—150 рублей, с реализации обычных образцов западной массовой культуры, среди которых были идеологически вредные видеозаписи, — 50—60 рублей. Еще дороже ценились оригиналы. Перепродажа видеомагнитофонов, телевизоров, приспособлений видеотехники давала немалые деньги.
      Аббасов и Брандштеттер не только тиражировали фильмы, но и, стремясь сделать их содержание более понятным, осуществляли перевод на русский язык, внося тем самым свою лепту в пропаганду образчиков буржуазного искусства.
      Аббасову удалось подобрать несколько квалифицированных специалистов, которые за плату дублировали фильмы. Каким надо быть алчным человеком, чтобы, имея высшее образование, работая в солидной организации, идти в услужение к откровенному проходимцу, за тридцать целковых переводить тексты, комментирующие гнусные сцены, торговать чувством собственного достоинства, поступаться принципами нашей нравственности и морали! В общей сложности с помощью таких людей «фирмой Аббасова» было дублировано около ста видеофильмов.
      Доставка видеопродукции в СССР, согласно распределенным между членами преступной группы обязанностям, возлагалась на Брандштеттер. Контрабандный ввоз был сопряжен с определенными трудностями, прежде всего пограничного и таможенного характера. Купить же аппаратуру, необходимые записи было несложно. К услугам любителей радиотехники в ФРГ имеется множество магазинов, лавочек, салонов. Буквально на каждом углу торгуют порнографией. Более того, оптовым покупателям, таким, как, например, Брандштеттер, предоставляется скидка.
      Не раз товары, запрещенные к ввозу в СССР, конфисковывались у нее на таможне аэропорта Шереметьево. Не помогали ни иностранный паспорт, ни напористость, граничащая с нахальством, ни различные ухищрения при провозе. Так, 22 ноября 1981 года, приехав из ФРГ, Брандштеттер пыталась провезти в своем багаже предметы порнографического характера — шариковые ручки, «телевизоры» в виде брелоков — всего в количестве 70 экземпляров. Безуспешно.

Видеоаппаратура и кассеты с записями фильмов идейно ущербного содержания, изъятые у спекулянтов

      Однако не такой Татьяна Брандштеттер человек, чтобы отступать перед трудностями, тем более что для достижения своих целей, как уже отмечалось, она не брезговала никакими средствами. Ей удалось, пустив в ход свои женские чары, расположить к себе сотрудника таможни Волохова, который через некоторое время стал ее «преданным другом». «Преданный друг» стал помогать ей беспрепятственно проходить таможенный контроль. Изменив своему служебному долгу, Волохов склонил к этому и своего сослуживца Наумова, который за взятку — носильные вещи общей стоимостью 279 рублей — закрыл глаза на ввоз Брандштеттер видеомагнитофона и энного количества кассет, предназначенных для спекуляции. К сожалению, раскаяния Волохова и Наумова впоследствии оказались запоздалыми, они были привлечены к уголовной ответственности.
      Большую партию видеофильмов и кассет Брандштеттер, как показала она на следствии, удалось ввезти с помощью одного западного дипломата, который, злоупотребляя дипломатической неприкосновенностью, ввез в нашу страну значительную порцию идеологической отравы. Дипломат контрабандно ввез 42 оригинала видеофильмов и 136 [чистых] видеомагнитофонных кассет. Впоследствии ввезенные кассеты, исходя из установленных на данный товар комиссионных цен, были оценены в 29920 рублей.

Видеоаппаратура и кассеты с записями фильмов идейно ущербного содержания, изъятые у спекулянтов

      На вырученные средства Брандштеттер скупала золото, бриллианты, которые пыталась вывозить из СССР. 8 июля 1981 года при выезде из нашей страны у нее были обнаружены серьги с бриллиантами, не указанные ею в таможенной декларации. Впоследствии золотые изделия изымались еще дважды.

      Из обвинительного заключения:
      «Кроме того, Брандштеттер занималась спекуляцией, скупая за рубежом дефицитные товары, привозя в СССР и продавая их с целью наживы. С начала 1981 года по январь 1982 года в результате незаконных сделок ею получена нажива в общей сумме 22588 рублей».
      Но не только видеобизнес привлекал Брандштеттер. Она готова была торговать чем угодно, лишь бы «делать деньги». Тряпки, платки, джинсы, другие предметы ширпотреба — все шло в ход.
      Вряд ли представитель одной из западногерманских фирм Питер Брандштеттер предполагал такие коммерческие способности своей жены, когда заключал с ней брак, Тем не менее они стали объективной реальностью, и с ними приходилось мириться, хотя мириться с таким видом коммерции, как порнография, представителю солидной фирмы не хотелось. Даже развод, который назревал, Брандштеттер пыталась превратить в фарс, своеобразный торг, на котором продавались родительские чувства. Видя искреннюю привязанность отца к сыну, его искреннюю любовь, Татьяна поставила условие: хочешь, чтобы сын остался с тобой, — плати деньги. Деньги, и немалые, Питер Брандштеттер готов был уплатить. Оговорив эту сделку, он отправил своего сына к родственникам в Испанию, чтобы тот никогда не узнал, каким промыслом занимается его родительница.
      В числе торговых партнеров Аббасова и Брандштеттер были представители и других подпольных «синдикатов», занимавшиеся подобным бизнесом.
      Товарищество «Сечкин-Бороздна» было известно в мире спекулянтов как процветающее. Особый колорит ему придавала специальность Генриха Соломоновича Сечкина, преподавателя игры на гитаре. Респектабельный мужчина очень гордился своим призванием, говорил о нем с упоением. Среди знакомых любил прихвастнуть своими чуть ли не международными заслугами в музыке. Скромная зарплата руководителя кружка гитаристов словно подчеркивала бескорыстность его служения искусству.
      Мало кто знал, что за внешней интеллигентностью этого «музыканта», его «подвижничеством» на ниве служения искусству скрывается матерый спекулянт, грязный делец, тем более никто не знал о том, что ранее Сечкин был трижды судим, в том числе за бандитизм и грабеж.
      Старые привычки не оставили его и в зрелом возрасте — гитарист Сечкин стал спекулянтом высокого пошиба.
      Скупая видеоаппаратуру, в том числе и у Аббасова, перепродавая ее по ценам, значительно превышавшим номинальные, Сечкин вместе со своим напарником Василием Бороздной «делал деньги». Сечкин скупал аппаратуру, тиражировал видеофильмы, а Бороздна искал покупателей, занимался посредничеством.
      Оформив развод с женой, Сечкин купил себе двухкомнатную кооперативную квартиру, которую превратил в своеобразный салон, тиражировал фильмы, демонстрировал знакомым образцы порнографической продукции, заключал сделки. На квартире своей бывшей жены он также держал видеомагнитофоны, которые давали неплохой доход.
      Большой любитель путешествовать, Сечкин выезжал «коробейником» в другие города Советского Союза: Ростов, Тбилиси. Там искал клиентуру, продавал записи и видеоаппаратуру.
      Незаконная прибыль от продажи видеомагнитофонов и видеофильмов колебалась от 250 до 3500 рублей.
      Фарисейство Сечкина и ему подобных не имело границ, а алчность и демагогия просто уникальны. В организации, где он работал, произошли некоторые кадровые изменения, в результате чего нагрузка руководителя кружка гитаристов снизилась, и зарплата стала меньше на 20 рублей. Подобная «несправедливость» крайне возмутила гитаристапредпринимателя, и вот уже летит в Московский городской совет профессиональных союзов письмо с мольбой о помощи чуть ли не голодающему служителю искусства, с просьбой увеличить заработок хоть на червонец.
      Будучи натурой творческой, Сечкин в своей подпольной жизни не мог довольствоваться только копированием порнографических лент. Ему хотелось привнести в это дело что-нибудь свое, созданное по его сценарию. В качестве режиссера и главного героя вкупе с девицей легкого поведения он снял видеофильм, так сказать, с собственным драматургическим решением.
      Не отставал от Сечкина и Бороздна. Он был неутомим: спекулировал, искал покупателей, продавцов, сводил их, сдирая и с тех и с других за посредничество по 200—1500 рублей.
      Развязка наступила внезапно. Лопнули в одночасье подпольные «фирмы», не успев набрать полные обороты. Компаньоны оказались в следственном изоляторе. За неполные две недели в Москве была пресечена преступная деятельность большой группы лиц, занимавшихся тиражированием, распространением, перепродажей видеофильмов идеологически вредного и порнографического содержания.
      Оказавшись изолированными от общества, респектабельные «коммерсанты» уподобились жалким уголовникам, которые перед лицом закона лгали, изворачивались, пытались ввести в заблуждение следственные органы, валили вину друг на друга.
      Длительные сроки лишения свободы стали естественным завершением их противозаконной деятельности.
      Развитие видеотехники внесло существенные коррективы в стратегию и тактику идеологических диверсантов. Видеофильмы стали одним из инструментов в подрывной деятельности противника. Завоз, заброска по нелегальным каналам видеопродукции, активно пропагандирующей западный образ жизни, культ насилия и секса, мистики и жестокости, ставят своей целью девальвировать наши идейные, нравственные, моральные ценности, отвлечь советских людей от созидательного труда, пробудить нездоровые инстинкты. Наш идеологический противник стремится активно повлиять на сознание советских людей, насадить чуждые нам взгляды и идеи.
      И в качестве пропагандистов этих идей зачастую выступают обыкновенные уголовники, не имеющие никаких идеологических принципов, делающие свой бизнес на сомнительной, дурно пахнущей продукции. Такие, как Сечкин, Аббасов, Брандштеттер и другие компаньоны «треста». «Треста», который лопнул.

c. 106-116. в кн.: С чужого голоса: [сб.]/Сост. М.В. Пучковский, Н.Д. Захаров. — 2-е изд., перераб. и доп. — Москва: Московский рабочий, 1985. — 348 с.


[Главная]    [В начало раздела]    [Далее]
Лучшее разрешение для просмотра этого сайта - 1024x768  Калейдоскоп, 2014-2017. Сделать бесплатный сайт с uCoz